Джеймс Джойс. Портрет художника в юности - 1
24 >
наклонился к ней и сказал: _Тьфу_! - вот так. Он отвернулся в сторону и показал, как это было. - _Тьфу_! Прямо в глаз ей плюнул. Он прижал руку к глазу и завопил, словно от боли: - _Ой, Иисусе Христе, дева Мария, Иосиф!_ - вопила она. - _Ой, я ослепла, ой, умираю!_ Он поперхнулся и, давясь от смеха и кашля, повторял: - _Ослепла, совсем ослепла!_ Мистер Дедал громко захохотал и откинулся на спинку стула, дядя Чарльз мотал головой из стороны в сторону. У Дэнти был очень сердитый вид, и, пока они смеялись, она не переставала повторять: - Очень хорошо, нечего сказать, очень хорошо! Нехорошо плевать женщине в глаза. Но каким же словом она обозвала Китти О'Шей, если мистер Кейси даже не захотел повторить его? Он представил себе мистера Кейси среди толпы: вот он стоит на тележке и произносит речь. За это он и сидел в тюрьме. И он вспомнил, как однажды к ним пришел сержант О'Нил, он стоял в передней и тихо разговаривал с папой, нервно покусывая ремешок своей каски. И в тот вечер мистер Кейси не поехал поездом в Дублин, а к дому подкатила телега, и он слышал, как папа говорил что-то о дороге через Кэбинтили. Он был за Ирландию и за Парнелла так же, как и папа, но ведь и Дэнти - тоже, потому что однажды, когда на эспланаде играл оркестр, она ударила одного господина зонтиком по голове за то, что тот снял шляпу, когда под конец заиграли: _Боже, храни королеву!_ Мистер Дедал презрительно фыркнул. - Э, Джон, - сказал он. - Так им и надо. Мы несчастный, задавленный попами народ. Так всегда было и так будет до скончания века. Дядя Чарльз покачал головой и сказал: - Да, плохи наши дела, плохи! Мистер Дедал повторил: - Задавленный попами и покинутый Богом народ! Он показал на портрет своего деда направо от себя, на стене. - Видите вы этого старика, Джон? - сказал он. - Честный ирландец - в его время люди жили не только ради денег. Он был одним из Белых Ребят, приговоренных к смерти. В тысяча семьсот шестидесятом году он был осужден на смерть как белый повстанец. О наших друзьях-церковниках он любил говорить, что никого из них с собой за стол не посадит. Дэнти вспыхнула: - Мы должны гордиться тем, что нами управляют священники! Они - зеница ока Божьего. _Не касайтесь их_, говорит Христос, _ибо они - зеница ока Моего_ [парафраз ветхозаветного стиха Зах 2, 8, ошибочно приписываемый здесь Христу]. - Выходит, нам нельзя любить свою родину? - спросил мистер Кейси. -