Игорь Иванович Гарин. Век Джойса - ДАДА: ЛЮБИМОЕ ЗАНЯТИЕ ИЛИ КОНЕК
480 >
ным состоянием духа". Эпатаж, сарказм, всеотрицание, протест против
любых идей и всякого догматизма, отказ от прошлого, "литературная
ассенизация" - все это было реакцией на абсурд войны, милитаризм, шовинизм,
захлестнувшие Европу, способом укрытия от созданной войной ужасающей пустоты
духа.
Наши любят подчеркивать бессмысленность, заумь, всеотрицание дадаистов,
забывая сказать, что все это следует понимать как реакцию на алогизм жизни и
тотальную ненависть войны. Ничто дадаисты не пародировали с таким сарказмом,
озорством, остроумием, как произведения и картины, изображающие военные
подвиги и сцены битвы. Абсурд Дада питала непримиримая ненависть к
цивилизации, приведшей к войне.
Конечно же, суть Дада не в озорном пририсовывании усов на губах
Джоконды, но в стремлении противопоставить рационализации и рассудку
"действительную работу мышления" со всеми его скачками, странностями и
хаосом. Лозунг журнала Литература - "против литературы за поэзию" - означал:
против порядка, ведущего к войне, за реальность сознания, за свободу
творчества.
И в искусстве и в жизни Дада провозгласило крайний индивидуализм. Оно
отрицало какую бы то ни было общность духовной жизни человечества. Нет
одинаковых эмоций, нет никакого общего для всех закона, нет языка - даже
двое не могут ни о чем договориться. Мораль только ловушка,
"интеллектуальная чума". "Мысль - прекрасная штука для философии, но она
относительна. Конечной Истины нет". "Логика есть умствование. Логика
насквозь порочна". "Все видимое обманчиво". "Мир в руках бандитов, мир
безумен, он опасен и неизлечим".
Конечно, это был экстремизм. Но экстремизм этот заключал в себе - в
экстремистской же форме - семена прозрения, новые чувствования и новую
реакцию на взбесившийся мир. И я полагаю, Каули не прав, предоставляя
критике дом со многими окнами и отказывая искусству - нет, самой жизни - в
таком доме: в свободе проб и ошибок, в возможности протеста, в абсурде -
реакции на абсурд.
...все силы мирового порядка отторгают от себя эту дурную болезнь
прогнившего солнца философской мысли; я объявляю безжалостную войну - всеми
силами дадаистского отвращения. Пропитанное этим отвращением отрицание семьи
- это Дада; участие всеми силами своего существа в разрушительной работе -
это Дада.
И хотя Дада требовало разрушения и отвергало мораль, разве им не двигал