Игорь Иванович Гарин. Век Джойса - ПРОМЕТЕЙ СИМВОЛИЗМА
48 >
диалог автора с самим собой, одновременно самоутверждение долго
подавляемого индивидуального духа и предостережение об опасности "вождизма"
и "заратустризма".
"Бранд" приобретает огромный смысл, если мы представим, как Ибсен
словно бы стукнул по столу и крикнул сам себе: ты так долго шел на поводу у
других, шел наугад, неуверенно, постоянно ощущая опасность, и вот ты
осмелился сделать то-то и то-то; ты так долго вмещал в себя и частицу
большого, и частицу малого, частицу дурного и частицу хорошего. Теперь жизнь
пойдет по-другому! Теперь ты вырвешься вперед и станешь Ибсеном, даже если
Бог и черт объединятся против тебя!
Но это далеко не единственное и далеко не исчерпывающее прочтение! Да,
действительно, в до предела насыщенном диалоге с самим собой, свидетелями
которого мы становимся, в диалоге, делающем всех персонажей внутренними
голосами их творца, мы слышим, что призвание Божие поглощает Бранда целиком,
без остатка. Бранд-Ибсен требует, чтобы и другие жертвовали всем, если Бог -
внутренний голос - подсказывает им это, вместе с тем он, пророк, проповедник
и герой, несет всем несчастье, в том числе самым близким - матери,
возлюбленной, самому себе. Пророчества, проповеди и герои опасны, говорит
Ибсен.
Конечно, Бранд - только часть Ибсена, но очень важная часть, разве что
лишенная той амбивалентности, от которой он пытался избавиться, но, к
счастью, не смог. Бранд лишен ибсеновской парадоксальности, спонтанности,
противоречивости и тем опасен.
Первоначально Ибсен задумал написать Бранда в форме поэмы и создал
первые ее песни - так называемого Эпического Бранда, из которого я привел
введение, обращенное "к совиновным". Затем драматург взял верх над поэтом, и
в результате появилась одна из самых великих пьес, в которой, как в
джойсовском Улиссе, есть гневные филиппики в адрес своего народа; идея
крушения Великих Идей, для осуществления которых не считаются с жизнью и
счастьем других людей, когда цель оправдывает средства; проблема имманентной
зависимости личности от рода, наследования вины, невыполненного долга,
ответственности; широкое символическое изображение мировой истории;
развенчание вождя и толпы и т.д. и т.п.
Каждая отдельная жизнь бесконечными нитями связана с жизнями иных, и
эти глубоко сокрытые взаимосвязи требуют величайшей осторожности и
ответственности - не только за соб-