Игорь Иванович Гарин. Век Джойса - ПРОМЕТЕЙ СИМВОЛИЗМА
44 >
званием Девятнадцатый век, есть потрясающий символ "трупа в трюме":
корабль-Европа - комфортабельный, превосходно оборудованный и идущий в
правильном направлении пароход, но пассажирам всегда надо помнить, что "в
трюме сокрыт труп".
Чего ж еще, чтоб плыть нам без забот?
Машины и котел гудят под нами,
Могучий поршень движет рычагами,
И воду винт, как острый меч, сечет;
Хранит от крена парус при волненье,
А рулевой хранит от столкновений.
Фарватер верный мы себе избрали;
Снискав себе доверье и почет,
Наш капитан пытливо смотрит в дали,
Чего ж еще, чтоб плыть нам без забот?
И все же в океане, далеко,
На полпути, меж родиной и целью
Рейс, кажется, идет не так легко.
Исчезла храбрость, настает похмелье.
И бродят экипаж и пассажиры
С унылым взором, заплывая жиром.
Полны сомнений, дум, душевной смуты
И в кубрике, и в дорогих каютах.
Да, Ибсену, при всем его пророческом даре, не удалось предостеречь
Европу от "трупа в трюме" - на какое-то время "сверхчеловеки" из баварских
пивных вынесли его из тьмы покуражиться на сцене истории, но "труп в трюме"
позволил самому Ибсену, Герту Вестфальцу, Капеллоне, строителю Сольнесу
осознать очень важную мысль, что его сатиры на Норвегию, на "норвежских
норвежцев", на их национальный характер - общечеловечны, что Бранд, Пер
Гюнт, Гедда Габлер живут в каждой стране.
Работая над "Брандом", Ибсен, по его собственным словам, держал на
письменном столе под стеклом живого скорпиона. И когда тот начинал
кукситься, писатель подкладывал ему какой-нибудь мягкий плод, скорпион
пускал в него яд и снова выздоравливал. Те же чувства возмездия испытывал
Ибсен по отношению к самому себе и своим соотечественникам. В своей
ненависти к Норвегии он в ту пору зашел так далеко, что однажды, стукнув
кулаком по столику в кафе, громогласно заявил, что уж по крайней мере одно
для сына исключено: Сигурд никогда не станет норвежцем *.
* Сигурд Ибсен стал видным членом правительства Норвегии.
При всем том, что Бранд и Пер Гюнт "давали жесточайшую, беспощадную
критику Норвегии, рисовали норвежский