Library

206 >

     ночества, неизбежного для художника. "Он  думал о  своем  двусмысленном
положении в Бельведере - ученик-стипендиат, первый ученик в классе, боящийся
собственного авторитета, гордый, обидчивый, подозрительный, отбивающийся  от
убожества жизни и  от своего собственного разнузданного воображения". Первый
чужой. Первый посторонний  - не в мире, в искусстве. Затем будут Камю, театр
абсурда, искусство боли. Пока же один Дедалус...

     Шрам за шрамом оставляет  мир на тончайшей душе,  и она отвечает на это
еще большей восприимчивостью к жизни: наши драгоценности  - внутри нас, а не
вовне.  Это   легко   осознать,   читая  Джойса.  Постижение  мира  и  духа.
Субъективизм  как  высшая объективность  внутренней жизни - такой  он  видит
новейшую  культуру.  Субъективизм  каждого из  нас, в  котором и которым  мы
живем.  Он  тоже  живет  им,  но, в  отличие  от других,  превращает  его  в
искусство.

     Ошарашивающее   богатство   внутреннего   мира,   правда   человеческих
отношений,  глубина чувств,  страстное размышление  о  жизни, -  скажет Эзра
Паунд.  Шозистскому  реализму,  кичащемуся  своей тождественностью  миру,  в
лучшем  случае  удавались  натюрморты, но не жизнь духа. Стерн, Достоевский,
Толстой, Флобер, Ибсен  приоткрыли шлюзы  души, Джойс обнажил ее,  убрав все
преграды.  После Августина, Паскаля,  Киркегора подобной страстности, - нет,
одержимости, - не ведал никто.

     Работа  над  Героем  Стивеном  -  Портретом  художника   (оба  названия
предложены братом  Джеймса) началась в январе 1904-го, то есть еще до первых
рассказов сборника Дуб -л  и н ц  ы. Джойсу  было 22  года и он уже ощутил в
себе брожение тех творческих соков, которые приводят в трепет и - в редких и
счастливых случаях - преобразуются в духовные излияния, именуемые культурой.

     Первый десятистраничный набросок, отвергнутый  редактором "Даны" Джоном
Эглинтоном, будущим героем Улисса, уже нес на себе две главные отличительные
черты грядущего джойсизма  - темноту и литературную обработку жизни сознания
автора. Не  удивительна  реакция Эглинтона: он не может  опубликовать текст,
который ему непонятен. Сознавал ли тогда сам Джойс, что  своим  "рассказом о
жизни" он кладет  начало  новому  жанру внутреннего портрета души, глубинной
жизни бессознательного, в которой явь граничит со сновидением, серьезность с
ерничанием, глубина с гротеском.

     "Объемистый том" Героя Стивена был готов уже к лету, то есть до встречи
с Норой, но художественность прогрессировала

Следующая

206 >