Игорь Иванович Гарин. Век Джойса - Э. ХЕМИНГУЭЙ - Б. БЕРЕНСОНУ
179 >
Но все это - не его сущность. Его сущность - постоянное недовольство
собой, главный источник дерзновения гения.
Язвительность, ироничность, скептицизм Джойса нашли свое выражение в
его художественном эпатаже, выворачивании ценностей наизнанку, демонстрации
мелочности великого и замусо-ленности, лавочности (shop-soiled)
общепризнанного.
Ирония проявляется у Джойса во всем, начиная с внешности. Тонкие губы
его с годами приобрели, кажется, неизгладимый изгиб едкой саркастической
усмешки. Равно проявляется она уже и на внешности его текста - в оценках и
идеях, выражаемых автором неприкровенно, прямым слогом. Ирония и сарказм во
всех градациях своей едкости пронизывают его отношение ко всем явленьям и
лицам в мире романа. С великим скепсисом и насмешкой рисует он всю сферу
политической и социальной жизни: верховные власти, включая самих монархов и
пап, буржуазные институты - устои господствующего порядка, но так же точно и
храбрых борцов с этим порядком, и деятелей культуры, просвещающих нацию...
При этом, особую язвительность он адресует окружению, из которого вышел сам,
литературному миру Дублина, вводя его в роман исключительно на предмет
избиения. Но иронично его отношение и ко всем прочим персонажам. Наконец,
читателю достается не меньше других: автор явно насмешлив с ним, а порой
издевательски его третирует.
После окончания войны Джойс решил возвратиться в Триест, но судьба
распорядилась иначе: ненадолго приехав по совету Па-унда в литературную
столицу мира, он "задержался" в Париже до следующей мировой войны. Именно
здесь он познакомился с Сильвией Бич, сыгравшей значительную роль в издании
Улисса, а также с издательницами нью-йоркского Литл ревью, Маргарет Андерсон
и Джейн Хип, поместившими в своем журнале первые двенадцать эпизодов романа.
Эгоист не стал журналом Улисса по причине отсутствия в Англии печатников,
которые согласились бы набирать "нецензурные" тексты.
Впрочем, и США оказались неготовыми принять Джойса: вначале
американская почта, рассылавшая Литл ревью, затем Нью-Йоркское Общество по
Искоренению Порока добились запрета на дальнейшую публикацию, ареста
"Навсикаи" и штрафа, наложенного на издательниц за "аморальность"
публикации.
Здесь-то и востребовалась энергия мисс Бич, выступившей в качестве
издательницы Улисса. Первое издание "романа века" было предпринято в